«вы плохо стараетесь и не верите в ребенка!» почему мамам особых детей так трудно понимать друг друга

Границы и правила – зачем они нужны

Прежде всего определим, что такое детское непослушание. Это – невыполнение ребенком требований и просьб взрослых членов семьи, и важнейшим аспектом в этом случае выступает система правил.

К нам обратилась мама 4-летнего Сережи. Первым запросом, который прозвучал для специалиста, был «Научите его слушаться, он не делает того, что я ему говорю!». В ходе дальнейшей работы мы выяснили, что именно он не хочет выполнять и как реагирует на просьбы и замечания взрослых. Оказалось, что мама предлагала ему чистить зубы не каждое утро, а только в выходные дни, когда они вместе отправлялись умываться по утрам, а пресечь длительный просмотр мультфильмов пыталась лишь во время визитов бабушки в гости. Отсутствие четкого свода правил вызывало протест малыша. «Почему я всегда могу смотреть телевизор, а сегодня мне запрещают сидеть за ним весь вечер?», — примерно такими могли быть мысли Сережи. Разумеется, запрет вызывает бурную реакцию.

Чтобы выполнять требования взрослых, ребенку необходим некий свод правил, которые регламентируют его деятельность. И правила, как это ни странно, должны соблюдаться в первую очередь взрослыми.

Выделенная линия общения с каждым взрослым

Бывает, нужно смириться с тем, что какой-то период времени поведение ребенка будет неконтролируемым и непрогнозируемым. Лучше дверь в дверь – один пришел, другой вышел. И мама еще какое-то время должна подождать, пока ребенок вернется в норму, превратится в свой цвет.

Имеет смысл вообще держать в голове такую картинку:

С каждым взрослым, который к ребенку имеет тесное жизненное отношение, у него будет своя линия поведения, выделенная линия общения.

У ребенка должна быть выделенная линия общения с бабушкой, с няней. В основном это бывает с бабушками и дедушками, но и разведенные папы тоже на выделенной линии висят. Это свои особенные отношения, которые отличаются от отношений с мамой, которые развиваются по другим законам, в которых ребенок другой, ведь в каждых близких отношениях человек проявляется по-разному.

Такие отношения не будут опасными, при условии, что со стороны мамы они не будут вызывать ревности, отпора, агрессии, диктата. Ведь если мама достаточно времени проводит с ребенком, отношения с ней останутся для него самыми главными и доверительными, в них больше всего можно. Если дать ребенку разрешение быть другим и быть с другими в каком-то пространстве, это только пойдет всем на пользу.

Если ребенок совершенно другим голосом и с другими интонациями говорит с бабушкой и, возможно, ею командует и даже манипулирует, то он ведет себя так, потому что для бабушки это нормально, бабушка это разрешает, у них развивается своя, вполне гармоничная история.

В отношениях с разведенным папой, конечно, все не настолько спокойно и безопасно, тут гораздо сложнее дать выделенную линию. Но в отношениях со старшими родственниками, в чьих добрых намерениях вы не сомневаетесь, вполне просто позволить отдельный формат. Выделенная линия общения будет с первым учителем, если он окажется человечным. А потом ребенок сможет сформировать свою историю общения с друзьями.

Читай также: «Нельзя капризничать!» Как быть, если посторонние делают замечания ребенку?

Читай также: Очень эмоциональный ребенок: как справиться с истериками

Читай также: Потеря личного пространства: как найти баланс маме в декрете

Какие проблемы могут быть причиной непослушания?

Кризис. Возрастные нормативные кризисы – переломные моменты, когда ребенок может проявлять непослушание, быть капризным, нервозным. Его психика перестраивается – он заново начинает выстраивать отношения с окружающими, пробуя новые способы взаимодействия.

Выбрать тактику поведения родителям в этом случае бывает очень трудно – нужно учесть не только то, насколько сильно проявляется негативизм, но и другие условия: особенности характера малыша, включенность в процесс воспитания других лиц (воспитателей, бабушек), время, которое удается провести вместе с ребенком и т.д. Во многих случаях оптимальным решением выхода из кризиса без потерь является семейный визит к психологу.

Дефицит внимания. Он особенно ярко проявляется в случае, если малыш перебивает взрослых, включается в разговор с, казалось бы, необоснованными просьбами (например, починить машинку, с которой легко управлялся самостоятельно). Другим типичным примером являются намеренные шалости – ребенок специально проливает чай, хватает кота за хвост, рисует на обоях

Таким образом он может пытаться завоевать внимание родителей, пусть даже и в негативном ключе.

Соперничество. Многие семьи сталкиваются с гневными криками ребенка, попытками их подчинения, проявлениями агрессии. Это одинаково часто встречается в случаях, когда родители слишком мягки или излишне опекают малыша, а также если родители привыкли критиковать ребенка и предъявлять невыполнимые требования. Проявить самостоятельность, выразить протест чрезмерным замечаниям и почувствовать себя взрослым, — все эти мотивы могут стоять за нежелательным поведением детей.

Следует отметить, что ребенок может вести себя плохо в связи с обидой на родителя, полным отсутствием слов одобрения и похвалы, чрезмерным умственным и психическим напряжением и другими серьезными факторами. Диагностировать причину может только опытный специалист — психолог.

Наша компетентность не абсолютна

Любая мама особого ребенка вынуждена быть больше, чем мамой. Какие только компетенции она в себе не сочетает: медсестры, дефектолога, тьютора, социального работника. И из-за груза ответственности у мам детей-инвалидов иногда развивается «мания всезнайства».

В ряде случаев она служит мамам добрую службу. Например, фраза «Спасибо, но я сама все знаю» прекрасно ограждает от постоянных указаний окружающих, как следует и как не следует воспитывать ребенка.

Но иногда процесс развития особого ребенка превращается в жизненный проект. Мама налево и направо раздает советы, считает себя ветераном особого родительства.

Выкладывая очередное фото ребенка, стоящего на условном пьедестале, в ответ на сетования других родителей, что, мол, их детям очень далеко до таких высот, такая мама пишет: «Да вы плохо стараетесь! Вы не верите в своего ребенка! Не получается у того, кто ничего не делает!» И стоит ли говорить, как усугубляется при этом комплекс вины у иной мамы тяжелого ребенка, который не ходит, не говорит и почти ни на что не реагирует! «Я плохо старалась и не верила в своего ребенка!»

Признание конечности своей компетенции здорово помогает учиться слышать других, проникаться чужим опытом. Тебе открываются новые понятия, новые наблюдения и смыслы.

Например, я всегда была убеждена, что участие особых детей во всяких там конкурсах, праздниках наравне с обычными — это здорово само по себе. Даже если они явно с чем-то не справляются, жалко выглядят. 

Но благодаря одному эпизоду моя убежденность сильно поколебалась. Давид выступал с другими детьми с синдромом Дауна на одном творческом конкурсе. И номер они, прямо скажу, провалили. И вот когда наши импровизаторы вышли в фойе, педагог, невзирая на присутствие родителей, строго их отчитала: «Вы такие же дети, как и все, кто тут выступал! Почему вы схалтурили, ведь вы все можете делать нормально».

И в тот момент меня осенило. Я смогла взглянуть на ситуацию шире — не только с позиции мамы. Я поняла, что особый ребенок должен быть сам заинтересован, чтобы его включали в какие-то проекты, должен видеть в этом смысл и стараться соответствовать. А не так, как я Давида — привела, поставила и сказала: «Выступай!» И что моя всегдашняя готовность похвалить Давида даже за откровенную ерунду сильно мешала ему расти и стараться.

Фото: gettyimages.com

Кого ребенок любит – тому от него и достается

Один из самых частых запросов родителей в консультировании звучит так: почему мой ребенок ведет себя со мной хуже всего? Он прекрасно ведет себя в саду. К нему нет вопросов у педагогов на занятиях. Няня говорит: «У нас с ним нет никаких проблем». И только с мамой – в основном это адресовано маме – ребенок ведет себя просто ужасно. Часто родители, особенно если это первенец, не понимают, в чем же тут дело.Очень распространена такая тенденция: если что-то происходит не так, значит, виноваты именно мы, родители. Я, мама, сделала что-то неправильно, поэтому ребенок так сложно себя ведет.Есть одно простое правило в психологии детско-родительских отношений: ребенок ведет себя хуже всего именно с тем, кого больше всего любит. Вернее, с кем наиболее близкие и доверительные отношения. Если вы столкнулись с феноменом, когда ваш ребенок ведет себя хуже всего именно с вами – радуйтесь, вы создали ему тот самый базовый уровень доверия, о котором так модно упоминать в современной теории привязанности. Это, действительно, здоровые отношения с мамой.Если ребенок при маме ходит по струнке, а всё плохое поведение выдает, скажем, няне или бабушке, то вот это поведение должно вызывать гораздо большее напряжение. Значит, он с мамой собран, он с мамой, что называется, «в офисном костюме». Но это редкий случай, для этого нужно работать не просто full time, а вообще всё время. И совсем мало видеть ребенка.Такой тип поведения бывает у ребенка в тех семьях, где есть две няни, которые работают через сутки, а родители его видят по выходным. С моей точки зрения, к счастью, в России таких семей не очень много. Наша же стандартная ситуация обычно такая: мама самый близкий ребенку человек, а ребенок с ней хуже всего себя ведет.Объяснение такое: да, ребенок с мамой ведет себя хуже, потому что может позволить себе не контролировать свое поведение и эмоции, хотя с другими людьми он уже научился себя контролировать и даже делает это систематически. Это первая причина.

Что можно предложить

Кажется, что родители особых детей активизируются только в период скандалов, непростых ситуаций. Создается ощущение, что до момента, пока некая тетенька в условном городе N не позволит себе фашистскую выходку в отношении детей с ограниченными возможностями, все как будто всех устраивает.

Но ведь каждая мама, вращаясь в своей галактике, добиваясь бесплатных лекарств, мотаясь по поликлиникам и реабцентрам, всегда приблизительно знает, с какими типами людей ей и ее ребенку придется чаще всего сталкиваться. И предполагает, что в поведении ребенка вызовет у окружающих наибольшее непонимание. И, конечно, может прогнозировать, какие напряжения создаются из-за этого в тех или иных общественных местах.

И вот тут возникает закономерный вопрос. Если все эти моменты без особого труда прогнозируются, то почему же мамы так редко предлагают какие-то позитивные, работающие решения?

Например, сейчас у нас назрела проблема с соседями, живущими этажом ниже. Их очень печалит, что Давид с недавних пор научился делать кувырки. А делает он их по 50 раз кряду. «Запрещайте ребенку, он скачет нам по головам!» — кричат они в трубку и для убедительности бьют по батарее. 

Однако Давида редко удается переключить более чем на десять минут. А физически вопрос с особым подростком тоже удается решить не всегда. И теперь, когда все вернулись из отпусков и с дач, я понимаю, что единственным выходом может стать договор о нейтральных часах. Скажем, с 14 до 16 Давид всегда будет вне дома — кружки, прогулки, что угодно. А в остальное время, уж простите, как получится. И это будет пример конструктивного предложения на уровне конкретного дома, подъезда.

Или вот эти ситуации на площадках, в игровых зонах. В ряде случаев предупредить напряженность, полагаю, можно с помощью своеобразного «анонса»:

— Ребята, это Коля. А я, тетя Лена, его мама. Мы вчера переехали в этот дом, и Коля каждый день будет гулять здесь. Коля понимает не все вопросы и не любит много говорить. А еще он может взять у кого-то из вас игрушку. Без разрешения. Он еще не научился спрашивать, поэтому я буду спрашивать за него, хорошо?

Совершенно очевидно, что такое представление особого ребенка привлечет, прежде всего, внимание родителей. Но ведь это и требуется. . Если дети увидят, что их мамы и папы доброжелательно и без подозрений встретили маму новенького, то с новеньким вполне можно иметь дело. 

Если дети увидят, что их мамы и папы доброжелательно и без подозрений встретили маму новенького, то с новеньким вполне можно иметь дело. 

Своевременное представление ребенка оказывается совершенно незаменимым в садах и школах. Одна знакомая мама, у дочери которой синдром Дауна, устраивая ребенка три года назад в общеобразовательную школу, попросила дать ей 10 минут на вводном собрании. Она начала с азов — что такое синдром Дауна вообще, а потом просто сказала о том, в чем ее Аня сильна, а чему, несмотря на усилия, она, скорее всего, никогда не научится. 

— Вы беспокоитесь о том, что Аня негативно повлияет на ваших детей, а я опасаюсь негатива от них. Так давайте объединим усилия, чтобы любой негатив свести к минимуму! — сказала моя приятельница, глядя в глаза родителям.

И как результат — девочку хорошо приняли в коллективе. Не без вопросов, но приняли. У нее даже появились друзья.

Я – плохая мама

Как только родители перестанут думать, что это поведение ребенка обращено на них, и что именно они виноваты в том, что произошло, откроется огромный арсенал возможностей и реакций. Потому что типичная внутренняя логика: я – плохая мама.

Еще бабушка может подлить масла в огонь: «Я же прекрасно с ним справлялась», «У нас так мило прошел день», «Мы с ним всегда ладим, ну что же ты делаешь такое, что у тебя ребенок сразу заплакал?»

В некоторых случаях нужно просто пропускать эту эмоциональную волну. Эта метафора связана для меня с образом из детства, когда маленькими мы прыгали на волнах. (Большие тоже любят прыгать на безопасных волнах внутреннего моря, когда слегка штормит).

Для того, чтобы начать прыгать, нужно переждать одну волну и под нее поднырнуть. И дальше уже оказываешься в комфортном, вполне безопасном пространстве.

То же самое с эмоциональными реакциями ребенка.

Если только мы чуть-чуть подождем и не опасно отстранимся, не станем холодными, а отойдем на пару шагов, то ребенок перестроится.

Скорее всего, из поведенческого сбоя он выйдет сам, а даже если и застрянет в нем, мы можем ему помочь словами: «Ты так сейчас шалишь, что я понимаю, что ты по мне очень скучал». Переждать волну и сделать возможной перемену в цвете – ребенок из фиолетового в крапинку станет вновь красненьким в полосочку.

Если контраст между бабушкой и мамой слишком большой, то реакции такого типа бывают очень сильными. Тогда нужно устраивать так, чтобы ребенка буквально моментально передавать с рук на руки. Потому что ребенка так и будет клинить, если мама с бабушкой сядут пить чай.

Читай также: 5 стереотипов об идеальных мамах

И что же делать маме?

Прежде всего — игнорировать высказывания окружающих о плохом поведении ребенка рядом с вами. По крайней мере, не принимать их близко к сердцу, ведь теперь вы знаете, в чем реальная причина его капризов. На подобные комментарии воспитателей вы можете с улыбкой отвечать: «Конечно! Ведь больше всех достается тем, кого сильнее любят!»

В каких-то ситуациях достаточно просто спокойно подождать, пока ребенок перестроится на новое поведение. Социальные навыки только начинают формироваться. И, потренировавшись, малыш обязательно научится сразу переключаться с одной ситуации на другую, с поведения в обществе бабушки на поведение в обществе мамы, а затем и многих других людей.

Чтобы этот навык освоился быстрее, Вы можете уменьшать время пребывания малыша с обоими взрослыми одновременно. Например, лучше «передавать ребенка из рук в руки», то есть сразу прощаться с няней (или бабушкой) после вашего возвращения домой или, наоборот, сразу уходить, после того как она пришла. В этом случае у него не будет возникать растерянности из-за того, что он не понимает, за чьим поведением следовать. Это снизит его напряжение, а строптивое настроение, если и появится, то быстро пройдет.

Также важно развивать эмоциональный интеллект ребенка, который играет немаловажную роль в социальной успешности. Родители могут проговаривать его состояние («Я вижу, что ты устал/обижен/злишься») и принимать его эмоции, выражая понимание и сочувствие («Я тоже скучала по тебе»)

Важно, чтобы ребенок понял, что с ним происходит. Ведь в тот момент, когда он бьется в истерике, его накрывает волна эмоций, которой он не в силах управлять. Это пугает не только родителей, но и его самого. И если он увидит спасательный круг в виде спокойствия и поддержки родителей, он обязательно выплывет из этого бушующего моря и постепенно научится управлять своими эмоциональными волнами.

А для того, чтобы дать опору своему ребенку, необходимо иметь твердую почву у себя под ногами

Поэтому маме так важно давать себе возможность отдыхать, заботиться о своем физическом и психологическом состоянии. Ведь если она внутренне спокойна, у нее есть силы транслировать детям идею о том, что все в порядке, что она ценит их доверие и любит их любыми, даже капризными и непослушными

Именно это является основой для воспитания гармоничной личности.

Анастасия Вялых

Почему ребенок вас не слушается?

Часто без видимых причин ваш ребенок начинает капризничать и делать все наперекор. В чем причина? Ответ на этот вопрос поможет узнать новый тест от Я – Родителя
Пройти тест

Памятка родителю

Для того чтобы разработанный свод правил был выполнен вашим ребенком, важно соблюдать некоторые условия:

1. Однозначность требований. Перед ребенком необходимо ставить одну конкретную задачу, и, разумеется, на понятном для него языке. «Немедленно прекрати!» — наверняка Вы слышали подобные возмущенные возгласы родителей на улице или в общественном транспорте. Нам не всегда понятно, о чем идет речь, и, как это ни удивительно, ребенку тоже.

2. Единые правила для всех. Система правил должна распространяться на всех членов семьи

Важно подать положительный пример, соблюдая их самостоятельно. Ребенок, чьи родители сами игнорируют правила, очень скоро понимает, что и ему выполнять их совсем не обязательно.

3. Предсказуемость реакций.

В кабинете психолога находились мама и дочка 5 лет. Мама рассказывала о сложностях послушания, девочка, как это свойственно детям этого возраста, беззаботно крутилась рядом, пока не задела папку на столе. Бумаги рассыпались по полу, малышка съежилась и замерла, уставившись на маму. «Ничего страшного, я сейчас подниму!» — сказала мама, и в глазах у ребенка читалось неподдельное удивление. Стало ясно, что после таких проделок дома следует тирада или наказание.

Когда совершение ребенком каких-то конкретных действий вызывает разную родительскую реакцию, ребенку становится трудно ориентироваться в том, что хорошо, а что плохо. Это особенно касается семей, члены которых не имеют единого мнения о воспитании. Мама отругала за то, что ребенок не убрал за собой краски, бабушка – похвалила юного художника и сделала это сама. Итог – ребенок учится манипулировать взрослыми, перестает слушаться и полностью игнорирует правила.

4. Четкость санкций. Даже в том случае, если правила соблюдаются всеми членами семьи, последствия за невыполнение могут варьироваться. Это – неверная позиция, поскольку санкции должны быть «фиксированными».

Разрабатывая свод семейных правил и систему наказания, важно учитывать возрастные особенности ребенка.

Здесь мы привели лишь основные нюансы выстраивания системы границ и правил в семье, получить индивидуальные и более подробные рекомендации вы можете, обратившись к детскому психологу нашего Центра лично.

Ребенок – это хамелеон

Вторая причина, по которой дети могут хуже себя вести, и опять же именно с мамой, такая: ребенок – это универсальный радар и стопроцентный хамелеон в плане эмоциональных реакций. Мы сейчас говорим о дошкольнике, вернее, о ребенке до шести лет, потому что ближе к этому возрасту начинают вызревать другие механизмы, и такое поведение отходит на задний план.

Ребенок – это хамелеон, и это один из механизмов развития, совершенствования и обучения. Пока ребенок мал, 80% обучения для него – это имитация: ребенок имитирует мамину походку, движение взрослого ложкой, отцовское поведение.

Иногда от этой имитации большие разрушения в хозяйстве, потому что ребенок сымитировал, скажем, работу на компьютере и “отрубил” вам системный блок. Или что-нибудь кулинарное – и рассыпал по всей кухне муку. Именно этот уровень поведенческой имитации мы видим и даже можем над этим посмеяться, если не слишком перегружены и не очень нервничаем.

Уровень эмоциональной имитации обычный родитель видит гораздо хуже.

Когда ребенок плохо себя ведет при приходе мамы, а до этого с другим взрослым вел себя хорошо, – это очень наглядная иллюстрация автоматического хамелеонства.

Скажем, ребенок весь день был с бабушкой, у них все было прекрасно. За это время ребенок подстроился под бабушкин тип реакций, ее требования, скорость, речевые обороты, под то, чем бабушка довольна и недовольна. Он стал фиолетовый в крапинку. Это происходит не на уровне понимания, а на уровне ощущений. Он это делает без мысли, как растение поворачивается к свету, как собака или кот приходят жалеть или лечить хозяина.

Вот он подстроился, и тут пришла мама, а вместе с ней и другая система координат, требований и эмоциональных ожиданий, другая система реакций на то или иное поведение, на те или другие слова. А ребенок все еще фиолетовый в крапинку, он не успел стать снова красненьким в полосочку.

У ребенка на какое-то время включается просто клин: одновременно работают две системы координат. Поэтому он теряется, и одна из возможностей выйти из этой растерянности – провокативное поведение. Это всё происходит не на уровне осознавания, это истерика, поведенческий сбой.

Читай также: Как наладить отношения с ребенком: о чем забывают даже самые хорошие родители

Смотрим отстраненно и не делаем скоропалительных выводов

В прошлом году в одно из воскресений я предложила мужу «вырваться» с нашего прихода и поехать на службу в кафедральный собор. С нами были младшие дети — 11-летний Давид и 9-летняя Катя. Я надеялась, что мы приедем к середине службы — так дети не успели бы утомиться. Но оказалось, что в соборе только ожидали приезда архиерея.

Когда служба началась, дети внимательно следили за каждым жестом духовенства — без оглядок по сторонам, совершенно тихо. Ребенок с синдромом Дауна (на голодный, кстати, желудок) чинно отстоял в храме целый час.

А вот после Евангелия Давид начал шаркать ногами — легонечко, не приковывая к себе внимания. Потом вышел из толпы и сделал пару шагов туда-обратно в свободной части храма. Этого оказалось достаточным, чтобы ко мне с видом хозяина подошел соборный охранник.

— Послушайте, женщина, — проговорил страж порядка с каменным лицом. — Тут идет служба, а ваш ребенок шумит. Выведите его во двор, к Причастию заведете!

На улице было минус десять. Но обиднее было другое: 30 секунд негромкого шарканья особого ребенка оказались сильнее, чем час полной тишины.

Такой поворот случился с нами впервые, поэтому я растерялась. Плюс фактор богослужения — не самое лучшее время для дебатов. В итоге я не защитила ребенка, сдалась. Он сопротивлялся, стонал «нееее!», когда я тащила его к выходу. Во взгляде неговорящего Давида отчетливо проступал вопрос: «А что я сделал не так, мам?!»

Задним числом я поняла, что следовало, не входя в конфликт, спокойно донести до дядечки, что мы не диверсанты, что слабый шум от ребенка с особенностями — это вовсе не то, что срывает богослужение или нарушает интересы молящихся. И что шума больше не будет — я сумею договориться со своим ребенком.

Но я нашла в себе силы посмотреть на ситуацию отстраненно. Невнимательность, неумение общаться с людьми со стороны охранника — да, это имело место. Но это был не приступ агрессии всего общества по отношению к детям-инвалидам. И уж тем более не враждебность Церкви к детям.

В течение 30 минут Давид с интересом перекатывал по подворью ледяные «лепешки». И позже, прокручивая все это в памяти, я подумала о том, что с одной стороны, надо осаживать людей, когда они ведут себя дерзко с нами и нашими детьми, считают себя властителями судеб. Но с другой, все же главное — интересы самого ребенка. И если они не страдают напрямую, то на что-то иногда можно посмотреть сквозь пальцы.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Для молодой мамы
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock
detector